Стою на остановке - 8 утра. Вокруг - влажно, я - влажность.
Губка.
Сжимаю край толстовки замершими пальцами, несколько капель падают в непрерывный поток. Черная обувь, черная толстовка, черные джинсы - черное пятно, в круговороте цвета, отражающегося в брызгах ледяной воды. Глазам больно.
Она смотрит мне в них, в глаза. У неё короткие, насквозь мокрые, каштановые волосы. Самый обычный цвет, самые обычные, секущиеся на кончиках, волосы. Самая обычная девочка.
Облизывает губы, и я уже хочу бежать. Я не хочу слышать, слушать, что она скажет.
Облизывает губы и открывает их. Лопнувшая розовая плоть, багровеющий укус на нижней.
- Проснись, это все сон.
Разжимаю пальцы - она просто одна из тех, кто находит глупости и нервничая, облизывая губы делает их, получая удовольствие не от реакции, а от того, что смогла. Она просто обычная девочка с каштановыми волосами, в посеревшей ветровке puma, с потекшей тушей, хлюпающими ботинками.
Мне хочется стать выше на двадцать сантиметров. Хочется её догнать, сильно сжать плечи и развернуть к себе, что бы она вскрикнула от боли и в глазах появилась паника.
Хочу сказать, как мне необходимо, что бы это все было сном. Все эти люди, гудящие машины, деревья, яркие вывески, ободранные объявления, хриплые голоса, спортивные велосипеды, крашенные скамейки, круглосуточные продуктовые, громыхающие метро, маленькая я, никчемная жизнь. Что бы только шум дождя, влага - концентрация.
Я так хочу проснуться, но меня никто не будит.
8 утра, я стою на остановке после ночи в чужой квартире с двумя бутылками вина и сериалам про долбящихся мужиков. Я стою на остановке, а обычная девочка оглядывается, и мне уже ничего не хочется, кроме как посоветовать остричь секущиеся кончики её обычных каштановых волос.
Я стою, чувствуя, как сдавливая горло, рвется кашель.
Насквозь мокрая.
Губка.
